Online клуб

Птн, 19 Окт 2018

Освоение охотничьих богатств в Вятском крае в XIV-XIX веках

Опубликовано: Апр 19, 2012 Разместил: admin Категория: Охота в Кировской области

Русские крестьяне занимались земледелием, скотоводством, охотой, рыболовством и бортничеством. Поселенцы развивали торговлю, ремесла.

Это послужило развитию городов, древнейшим из них был г.Вятка, в летописях он впервые упоминается в 1374 году. Он был основан новгородскими ушкуйниками. Тогда так назывались вооруженные дружинники, которых снаряжали новгородские бояре и купцы для захвата колоний на севере и торговых путей по Волге и Каме.

Примерно в 1455 году в Вятке был построен укрепленный деревянный кремль в устье речки Хлыновицы, с этого периода город стал называться Хлыновом. Вятская земля непосредственно вошла в 1459 г. в состав Московского государства.

В XVI веке на Вятской земле, кроме земледелия, разводили скот, ловили рыбу (обилие речек и озер), охотились на многочисленных диких зверей. Главный вид поселения - небольшая деревня (от 2-х до 5 дворов) со своей пашней, лугами, лесом. Немало в крае было починков, состоявших только из одного двора.

Малолюдство - отличительная особенность вятских земель, входящих тогда в обширный регион Русского Севера.

Вятские земли защищали города-крепости: Хлынов, Орлов, Котельнич, Слободской, Шестаков, а на южных рубежах в конце XVI в. воздвигли крепости: Яранск, Малмыж, Уржум, Царевосанчурск.

Вятская земля стала хлебным районом севера. Развитие получили мануфактурное производство, торговля. Торговали в ларьках, лавках, на рынках и особенно активно на ярмарках.

Видное место в торговле занимала пушнина. Продавали шкурки белок, куниц, лисиц, горностаев, норок, выдр. Из Сибири везли соболей и бобров.

Вятские купцы в обмен закупали порох, ружья, свинец. Расширялась система местного самоуправления. До начала XVIII века на Вятке не было школ, обучение осуществлялось на дому. Для развития торговой деятельности и ремесел мало было уметь писать и считать, необходимо было знать письменное делопроизводство.

Попытки регулирования охоты на Руси отмечены с начала XII века. В уставе князя Всеволода «О церковном Суде» (1136 г.) упоминается о существовании охотничьего налога, который взимался удельными князьями, и с XII века охота развивается как привилегия, получаемая от верховной власти.

Новгородские князья в XII - XIII веках считали, что находящиеся на их землях звери и птицы являются их собственностью и охота на них может производиться населением только по уплате определенной суммы налога. Исключительным правом охоты на своих землях пользовались монастыри. Эти порядки перешли и в царский период, в особенности в связи с присоединением Сибири: охотничий налог (ясак) стал доходной государственной статьей.

Особенно развилась в России выдача привилегий на охоту высшему сословию во времена Алексея Михайловича (середина XVII в.).

Никаких законов, регулирующих охотничье дело, в то время не было, лишь издавались Указы царями о запрещении охоты в определенных местах. При Петре I охота в ненадлежащих местах каралась очень строго: налагался штраф до 100 рублей или охотники-нарушители ссылались на местожительство в крепость Азов. Это положение сохранилось в России до времен правления Екатерины II.

Первые попытки регулирования охоты были осуществлены Екатериной II в 1763 г. изданием Указа, запрещавшего охоту в весеннее время с 1 марта по 29 июня, но было отменено в 1765 г. для Сибири. Власть уже учитывала необходимость регулирования дел, связанных с охотой. Была создана в 1805 г. Лисинская лесная дача для практического обучения студентов Царскосельского лесного института, позднее - егерская школа. Студенты, окончившие курсы, получали звание кондукторов первого или второго разрядов, лесных объездчиков и стрелков (современный поселок Лисино - Корпус Тосненского района Ленинградской области).

Специальным манифестом Екатерины II с 1775 года право на охоту освобождалось от всяких налогов, оброков и пошлин. Крестьяне и горожане как охотники могли получить его лишь с разрешения высшего сословия, землевладельцев, государственных и церковных учреждений. Крепостным людям право охоты не принадлежало.

Изданные в 1892 году в качестве дополнения к «Уставу сельского хозяйства» правила охоты касались всех видов охот и были распространены на все губернии только европейской России. Закон об охоте оставил право на нее в связи с земельным владением. Дичь, застреленная охотником на своей земле, но упавшая во владения другого владельца земли, принадлежит последнему, а не охотнику.

Пушной же промысел, по свидетельству различных исторических материалов, был одним из основных занятий вятского населения в XVII веке. В сочинении «История о великом княжестве Московском» шведского посла в Москве Петра Ерлезунда отмечено: «Княжество Вятка - большая страна, очень изобильна медом, дичью и рыбою; можно поставить наряду с самыми лучшими краями». Он же писал, что жители Вятки платят великому князю дань большей частью мехами. По мнению многих исследователей, новгородские ушкуйники, заселившие Вятскую землю, были добытчиками мехов. Этому способствовало то, что земля была богата нетронутыми лесами, в которых обитали лоси, рыси, бобры, куницы, выдры, норки, лисицы, медведи и белки, так было отмечено в записках ученого Н.П. Рычкова, побывавшего в экспедиции во второй половине XVIII века на Вятской земле.

Конечно же, земледелие неизбежно становилось основным занятием, так как давало более устойчивый доход, было источником пропитания. Бедные земли, примитивные орудия обработки - соха, коса-горбуша, серп да деревянная борона - не могли прокормить многочисленные семьи землепашцев. Закончив уборку урожая, целые артели вятских мужиков отправлялись по городам России промышлять плотницким ремеслом. Отхожими промыслами вятчан были еще извоз, бурлачество, рубка и сплав древесины. Часть крестьянского населения с наступлением зимы уходила в леса и занималась «белкованием», промышляли, конечно, не только белок. Видное место и у горожан занимали промыслы, в том числе и охота, рыболовство, бортничество. По археологическим данным, орудиями охоты в лесной полосе наряду с силками и ловчими ямами были лук и стрелы. Преобладала охота на пушного зверя, о чем говорят находки археологами костей бобра, куницы, волка, медведя, зайца, хотя немалое значение занимала добыча мясной пищи, так как в раскопках были и кости лося, и северного оленя. Огнестрельного оружия было очень мало ввиду его отсутствия и дороговизны, поэтому промысел был распространён в основном самоловный. Слопцы, силки, капканы обеспечивали основную добычу охотников. Рябчиков отлавливали силками, зайцев - капканами и петлями.

На северо-восточных землях Вятской губернии охотились артельно: главным образом объединялись люди, состоявшие в родственных отношениях. Угодья охотники считали своими и долгое время их передавали по наследству. Основным правилом на промысле того периода было не навредить охотникам-соседям. Охотники занимались обустройством своего угодья: прокладывались путики, на которых устанавливались самоловы: плашки-давилки на белку, куницу, норку и др. зверей; петли на рябчиков, тетеревов и зайцев.

В центре угодий на сухом, не затапливаемом весной месте, у источников воды, устанавливалось зимовье: избушка, в худшем случае землянка, рядом строился лабаз для хранения продуктов. Путик начинался от избушки, и промысловик обычно возвращался в нее для ночлега и обработки пушнины. Пушнина и дичь шли на продажу государству, и охотник получал неплохой доход, равный среднему годовому доходу ремесленника.

В XVII веке пушнина, поступавшая в казну, давала почти одну треть государственного бюджета. Посольства России везли в качестве уникальных и ожидаемых даров чудесные шкурки драгоценной пушнины.

Почти вся закупленная у охотников пушнина поступала на пользовавшиеся всероссийской известностью ярмарки. Слободская ярмарка, расположенная на забытом в наше время древнем торговом пути, по которому проходила «Государева дорога» из Москвы в далекую, еще не обжитую русскими людьми загадочную Сибирь, дала начало созданию промышленной обработки пушнины. На вятские ярмарки съезжались купцы из Москвы, Нижнего Новгорода, Казани, Ярославля, Владимира, Великого Устюга, Архангельска. В начале сентября 1806 года парусная шхуна «Иоанн Креститель», снаряженная на средства слободского купца Ксенофонта Анфилатова, отплыла из Архангельска в Америку и через год благополучно вернулась на родину. Так было положено начало торговли между Россией и Америкой. Сметливые и предприимчивые слободские купцы нашли выход к морю: через Ношульскую пристань на реке Лузе, потом по Северной Двине в Архангельск.

На базе сырья, поступавшего с местных рынков и из Сибири, в 1894 году в селе Спасском под Слободским открылось крупное предприятие по переработке шкурок белки. Сегодня это всемирно известная фабрика «Белка», перерабатывающая шкурки белки, норки, песца, лисицы и других видов пушных зверей, к сожалению, в настоящее время утрачивающая свою былую славу. Не только промыслом пушнины занимались охотники, попутно они ловили рыбу, рябчиков, тетеревов, глухарей и зайцев, заготавливали ягоды, добывали мясо медведей, северных оленей, лосей, и все это поставлялось на продажу или шло на пропитание больших семей земледельцев - охотников.

Сегодня, уже в XXI веке, в России существуют тысячи книг, посвященных охоте. В России в 1766 году была отпечатана первая книга об охоте под руководством графа Григория Орлова, страстного охотника и богача. Книга была напечатана на русском языке, ее автор Логин Иванович Краузольд. Она называлась «Наставление человеку, упражняющемуся в охоте, и разговор двух приятелей - пустынника и лесолюба о предметах, касающихся охоты». В ней говорилось об охране зверей и птиц, о соблюдении правил и сроков охоты, подкормке охотничьих животных и даже о борьбе с «потаенными стрелками», т.е. браконьерами.

Вряд ли кто-нибудь из вятских охотников читал эту книгу, потому что наши предки с недоверием относились к печатному слову, предпочитая устные наставления опытных охотников, да и население к тому же было в большинстве неграмотное.

В XIX в. начинает складываться русская охотничья литература, основоположником которой считается Сергей Тимофеевич Аксаков. Его перу принадлежит книга, изданная в 1852 году, «Записки ружейного охотника Оренбургской губернии». Об этой книге очень высоко отзывался И.С.Тургенев, писавший: «Охота сближает нас с природой, приучает к терпению, а иногда к хладнокровию перед опасностью». Перед отменой крепостного права в России И.С.Тургеневым издана книга «Записки охотника», оказавшая огромную просветительскую роль для многих людей России. Впечатляющие образы русских охотников и яркие картины охоты создали писатели Л.Н.Толстой, Н.А.Некрасов. Были популярными среди читателей произведения Е.Э.Дриянского, А.К.Толстого.

В Вятской губернии в первой половине XIX века появились первые печатные издания: в январе 1838 года вышел первый номер газеты «Вятские губернские ведомости», освещавшие официальную информацию и местные события. Так, в «Вятских губернских ведомостях» в 1838 году была опубликована «Удмуртская молитва для удачной охоты». Вот она:

Ф.П.Кунилов, редактор журнала «Охотник-рыболов».

Ф.П.Кунилов, редактор журнала «Охотник-рыболов».

Фото из архива ОО КОООиР

«Господи, благослови! Когда нападет снег, дай, Господи, хорошей погоды. Помоги в лес зайти и обратно выйти. Чтобы зверь показался лицом и шерстью. Ежели пойдем на реку, то пусть в реке будет рыба. Пусть попадаются бобры и ловятся выдры. Когда случится идти мимо берлоги, то увидеть медведя, и при первом выстреле из ружья текла бы из него кровь, и был бы хорош шерстью. По возвращении домой дай, Господи, похвалиться удачей; с покупателями также дай счастья быть знакомым и торговаться. Великому Государю пособи, Господи, подать заплатить».

В 1877 году родился в деревне Казанцево Уржумского уезда Феопемпт Парамонович Кунилов. В конце XIX века появились первые рассказы и статьи молодого Ф.П.Кунилова, и журналистика и литература стали его призванием на всю жизнь.

На родной Вятской земле человек большого и беспокойного сердца, незаурядный журналист, председатель вятского кружка рыболовов-любителей Ф.П.Кунилов сумел создать солидный для своего времени ежемесячный журнал, который оставил заметный след в истории развития рыболовно-охотничьего дела в нашей стране и, конечно же, в Вятской губернии. Он же стал и редактором этого издания, так как имел опыт работы в печати, редактируя в 1905 году газету «Вятский вестник». Для него, молодого энтузиаста, главным желанием было выпускать журнал, в котором ему было что рассказать читателям. Журнал стал выходить на скромные взносы рыболовов-любителей и охотников Вятки. Никто из авторов и не помышлял о гонораре. В июне 1909 года вышел первый номер, на обложке журнала крупными буквами напечатано «Рыболов-охотник», а в титуле отмечено «Ежемесячный иллюстрированный журнал рыболовства, рыбоводства и охоты». Ему хотелось, чтобы журнал был интересным для «всех понимающих дело», что и подчеркивалось в первом номере. Миллионы любителей посвящают свободное время этому прекрасному спорту: умению ловить рыбу и знанию ружейной охоты. В 1909 году вышло в свет семь книжек журнала с общим объемом всего 96 страниц. Все-таки дождалась Вятская земля своего просветителя в области рыболовства и охоты!

Журнал выходил в Вятке, редакция располагалась на Николаевской (ныне ул.Ленина) улице в доме Бермана. В журнале освещались вопросы:

  1. Действия и распоряжения правительства по рыболовству и охоте.
  2. Статьи по вопросам рыболовства, рыбоводства и охоты.
  3. Описания, повести, рассказы и стихотворения.
  4. Корреспонденции.
  5. Из жизни рыболовных и охотничьих обществ.
  6. Письма в редакцию.
  7. Почтовый ящик.
  8. Чертежи и рисунки.
  9. Объявления.

Подписная цена на год - 1 руб. 25 коп.

Журнал издавался с 1909-го по 1918 год и непродолжительное время в 1926-1927 годах уже под другим названием «Охотник-рыболов».

Когда вятские крестьяне-охотники стали применять на охоте огнестрельное оружие, точно сказать сложно, однако в истории упоминается, что оружие для охоты чаще всего опережало его применение в военных целях.

Обложка одного из номеров журнала «Охотник и рыболов».

Обложка одного из номеров журнала «Охотник и рыболов».

В Россию огнестрельное оружие могло попасть от татар, турок, немцев или литовцев.

В Вятской губернии был построен в 1807 году Ижевский оружейный завод. Для военных целей в 1812 году было изготовлено 5877 ружей, а в 1814 году свыше 10 тыс. штук вместо 800 шт., выпускаемых обычно в год. Большое признание на Ижевском оружейном заводе имели оружейные мастера И.Ф.Петров и А.Н.Евдокимов.

Для производства ружей на Ижевском заводе были построены специальные здания, в которых установлены металлообрабатывающие станки, приводимые в движение конными приводами или водяными мельницами. При заводе имелось и кузнечное производство, где заваривались стволы и отковывались необходимые детали и инструменты. Ижевские оружейники достигли возможности удовлетворить потребности в охотничьих ружьях промыслового и «интеллигентного» населения всей Вятской, Пермской, Оренбургской и Уфимской губерний, Туркестана и всей Сибири до Амура. На заводе изготовлялись очень хорошие ружья, которые на Казанской выставке удостоены высших наград в 1890 году. В это время пользовались огромной известностью мастера российских оружейных фабрик Лежен, Мацка, Лардере, заканчивая менее известным И.Н.Усольцевым у нас в Вятке. Его ружья на выставке в Казани имели большой успех, после чего число заказов значительно увеличилось. Он уже в это время прекратил изготовление шомпольных ружей. Заказы исполнял почти для всей России.

Кроме Усолыдева И.Н., оружейного мастера из Вятки, получил похвальный отзыв за изготовление ружья крестьянин Яранского уезда, фамилию которого, к сожалению, не удалось выяснить. В 1890 году открылась новая оружейная мастерская под Вяткой, в селе Филейка, у крестьянина Халтурина.

С 1885 года на Тульском и Ижевском оружейных заводах началось серийное изготовление охотничьих ружей с применением машинного производства.

Огнестрельного оружия в пользовании было уже много, промысел для большинства крестьян-охотников был выгоден. К тому времени, ко второй половине XIX века, проблема обеспечения боеприпасами, главным образом порохом, стояла очень остро: его было трудно приобрести в любое время года. Крестьяне вместо 70 коп. за фунт (409,836 г) брали у отдельных лиц за 1 руб. 50 коп., переплачивая вдвое, даже втрое. Развивалась частная продажа самодельного и опасного для охотников пороха. Необходимо было руководству губернии предотвратить эти негативные явления за счет развития вольной (свободной) продажи. Этот вопрос даже обсуждался на Глазовском уездном земском собрании в 1872 году. Было вынесено постановление, разрешающее Управе приобрести 100 пудов (1 пуд = 16,38 кг) пороха для вольной продажи населению для обеспечения «звериного и птичьего» промыслов. Это разрешалось сделать за счет текущих поступлений уездного земского сбора, израсходовав на эти цели до 3 тыс. руб. Порох продавался крестьянам-охотникам по 66 коп. за фунт крупного и по 73 коп. за фунт мелкого пороха.

Менее чем за 2 месяца было продано 158 пудов крупного и 42 пуда мелкого пороха. Потребности в порохе были просто громадные, и крестьяне целыми группами являлись за ним, но была удовлетворена лишь 1 /5 того числа крестьян, кому он был нужен.

Подобные проблемы существовали в Вятской губернии, позднее в Кировской области, вплоть до второй половины XX века. Они обострялись в годы военных лихолетий. Проблемы в разной степени разрешались за счет организаций, занимающихся заготовкой пушнины, и общественных организаций, объединяющих в своих рядах охотников. Для обеспечения охотников в начале XX века в г.Вятке работали магазины М.А.Чарушина: торговля велась оружием, охотпринадлежностями, был склад пороха, дроболитейный завод (Казанская улица, дом Клепикова). На Московской улице осуществлял торговлю ружьями, револьверами и охотпринадлежностями магазин М.А. Рукавишникова.

Если иностранного производства ружья можно было купить в XIX веке в магазинах Вятки, хотя они были дороговаты, то ружья центрального боя изготавливались на казенном Ижевском заводе, но их приходилось заказывать письменно на завод, т.к. на Семеновской ярмарке и на складах их не было. Снаряжение охотников бедных и среднего достатка было различным: большинство охотников весной и осенью ходило на охоту в сапогах, в остальное время по-прежнему в лаптях.

Некоторые состоятельные охотники одевались на охоте в серый пиджак с зелеными петлицами с кантиками. В это время сами сапоги приобретают покрой болотных, украшаются длинными голенищами с ремешками. Даже подгородние крестьяне охотились с собаками сомнительного происхождения, так как городские охотники из-за чувства охотничьего эгоизма не давали хороших щенков в деревни.

Редко в г. Вятке можно было купить на рынках красную дичь: ее у охотников скупали мясные лавки, клубы, а купцы пароходами поставляли в г.Казань; также эту дичь скупала мелкая городская интеллигенция.

Молодых тетеревят (меньше дрозда), считающихся лакомым блюдом, покупали у охотников по 20-25 коп. за пару. Гуси и утки были главной промысловой дичью в подгородней местности. Гусей за весну добывалось одним охотником до 10-15 шт., продавались они от 80 коп. до 1 руб. за птицу. Некоторые охотники стреляли их из архангельской «моржовки» (очень крупный 6-й калибр). Лебедей добывали в малых количествах и в основном из-за шкурки, которая стоила от 1 руб. и дороже. Отмечалось, что в пригороде г. Вятки в конце XVIII и XIX веков зайцы, лисицы и норки были сравнительно малочисленны.

Горожане отец и сын Никоновы собрались на охоту.

Горожане отец и сын Никоновы собрались на охоту.

Фото из архива А.Никонова

Охотничий промысел под городом давал многим крестьянам непосредственный и значительный заработок. Состоятельные горожане использовали пригородных крестьян-охотников в качестве проводников на охоте, организаторов охот, и все это оплачивалось подарками: дарились лошади, щенки, сапоги, платье, ружья и т.д. На «штучных» зверей, таких, как медведь, оплата была особая, не по карману даже среднего достатка горожанину. Охота эта была уделом только богатых вятских граждан.

Как охотилось большинство охотников-крестьян, можно судить по тому, что они использовали самоловы и оружие. Вятские охотники-промысловики петлями и на манок ружейным способом охотились на рябчиков. Несколько торговых фирм закупали у них битую дичь по ценам от 10-15 коп. за пару летом и 35-45 коп. - осенью. Слободской купец Сапожников ежегодно закупал до 50 тыс. пар рябчиков, а купец Варанкин ежегодно отправлял в Казань 15-25 тыс. пар этой дичи. Отправляли дичь в Москву, Петербург, Астрахань.

В конце XIX века в Вятской губернии добывалось в среднем 200-240 тыс. рябчиков, 35 тыс. тетеревов, 5 тыс. глухарей, 58 тыс. различных уток и около 350 гусей.

Важнейшим промысловым видом в XIX и XX веках была белка.

Шкурка белки не дорогая, но в отдельные урожайные годы за счет добычи большого количества зверьков для крестьян-охотников это был основной вид заработка. На различные ярмарки из губернии вывозилось от 10 до 15 млн. шт. беличьих шкурок.

Зайца-беляка добывали чаще самоловами, тенетами и ружьем с собаками. По значимости заяц занимал 2-е место. Местное (русское) население считало мясо зайца поганым, и зайчатину зимой обозами отправляли татарам в Казанскую губернию. Мясо оценивалось в 3-5 коп. за тушку, шкурка до 12 коп., даже хвост стоил 1 копейку.

Норку ловили капканами, мордами, реже добывали ружьями: только из одного Орловского уезда поступало около 1 тыс. шкурок. Куниц добывали самоловами или с собаками-лайками отстрелом из ружей.

В XIX веке многие небогатые мещане и ремесленники г. Вятки занимались охотой, являясь сильными конкурентами подгородних крестьян, занимающихся промыслом. Подгородние крестьяне-охотники имели даже на вооружении двустволки крупных калибров: 6,10,12. Некоторые ружья созданы были вятскими мастерами Катаевым и Усольцевым и имели хорошие стволы, но они были шомпольными.

Везло тем охотникам, кто смог найти берлогу. Охота в середине XIX в. - начале XX в. на медведя настолько подорожала, что начала оплачиваться с учетом всех расходов до 40 руб. или 2 фунта серебра за пуд живого веса медведя, или весом серебра, равным 1/20 части целого медведя. Доход, полученный после удачной охоты на медведя, в разы превышал сумму от проданной пушнины за сезон. Для охоты на медведей необходимы были прежде всего, как и для войны, по словам Наполеона, три вещи: деньги, деньги и деньги.

В сегодняшнее время при полном обеспечении охотников и охотпользователей современным оружием, капканами, транспортом волчья проблема преодолима и не так опасна, как в XIX в. - начале XX в. Борьба с волчьей напастью, самым опасным хищником, в конце XIX века в Вятской губернии стояла очень остро. С 1875-го по 1889 год только в двух уездах, Сарапульском и Орловском, было истреблено волками лошадей - 1428 гол., крупного рогатого скота - 2712 гол., овец - 10620 гол., свиней - 608 гол., коз - 207 гол. Убытки составили свыше 50 тыс. руб., а по всей губернии ущерб составил свыше 200 тыс. руб.

Эта проблема была поднята в октябре 1895 года в 28-м номере «Вятской газеты», хотя обсуждалась и ранее на губернском и уездных собраниях 70-х годов XIX века, но к этому периоду лишь усугубилась.

Губернатор генерал-майор Трепов обратился к Вятской губернской земской управе по этому поводу для принятия мер для борьбы с хищными зверями (волк, медведь, рысь) и просил «нынче же обсудить этот вопрос и, если окажется нужным, составить особый доклад по этому предмету предстоящему губернскому земскому собранию». Действительно, этот вопрос был обсужден на XXIX очередной сессии Вятского губернского законодательного собрания. Было признано необходимым выдавать крестьянам, обученным уездными ветврачами, стрихниновые пилюли, а уездными земствами - денежную премию за каждого отравленного и убитого волка в размере 1 рубля.

В Котельничском уезде выдавались рецепты на получение крестьянами-охотниками стрихниновых пилюль из земских аптек. Денежные премии в размере 1 рубля выдавались уездной управой за добытого волка или медведя, а всего по смете было отпущено на год 50 рублей.

Лучшим образом борьба с хищниками была организована в Орловском уезде ветеринарным врачом И.Транчуком. В этом уезде было отравлено за 16 лет 760 волков, 69 лисиц, 3 медведя и 4 рыси. В Нолинском уезде было признано платить премию в размере 3 руб., так как способы истребления хищников капканами и ружьями были малоэффективными.

К концу XVIII в. было уже заметно снижение запасов дичи, и государство изыскивало определенные меры к приостановлению оскуднения промысловой фауны. Так, на добычу бобров и лосей выдавались специальные именные грамоты. Но эти меры не спасли от истребления многие виды. Во второй половине XIX века цена бобровой шкуры поднялась до 50 рублей. За эти деньги можно было купить трех коров или двух лошадей. Вероятно, по этой причине бобры на Вятке исчезли.

Общество было небезразлично к истреблению многих видов дичи. На эту тему в газетах и журналах появлялись тревожные публикации и велись дискуссии.

О нас

Пожелания и советы отправляйте на нашу почту. Мы учтем все ваши пожелания!

Интересные ссылки